Эта история начинается с банальной протечки воды в ванной, а заканчивается триумфом в Зале славы игрушек и почти 73 миллионами долларов судебного возмещения. Её герой — афроамериканский инженер NASA, который десятилетиями доказывал скептикам, что оружие, стреляющее водой, может изменить мир

Лонни Джонсон родился в 1949 году в Мобиле, штат Алабама, в семье, где отец работал водителем грузовика на военной базе, а мать трудилась в прачечной. Это был юг Америки во всей своей сегрегированной красе — школа для чернокожих, отдельные входы в общественных местах и негласный запрет на равные возможности. Но родители Джонсона обладали редкой мудростью. Однажды их сын на кухне готовил самодельное ракетное топливо, и смесь воспламенилась, едва не спалив дом. Вместо наказания они купили ему электрическую плитку и сказали: «Делай такие штуки на улице».

В 1968 году, будучи старшеклассником Williamson High School (исключительно для чернокожих), Джонсон создал робота по имени Linex — из металлолома, запасных частей и пневматического привода на сжатом воздухе. В местной науке этот факт можно считать спортивным чудом: 16-летний черный парень приехал на университетский конкурс в Тускалусу, где доминировали белые студенты, и занял первое место. Вот только единственными словами, которые услышал Джонсон от организаторов, были «до свидания» и «осторожно на дороге, парни».

Это предвосхитило десятилетия патентных сражений. Но тогда он просто усвоил урок: если ты видишь цель, не отступай. Потом были Университет Таскиги (бакалавр механики, магистр ядерной инженерии), работа на атомную станцию в Ок-Ридже, служба в ВВС и, наконец, место в Лаборатории реактивного движения NASA.

1982 год. Лонни Джонсон работает над тепловым насосом — экологичной альтернативой фреоновым системам охлаждения. Однажды вечером в своей домашней мастерской он тестирует сопло, приделанное к раковине в ванной. Соединение даёт течь — и мощная, сфокусированная струя воды ударяет через всю комнату. «Я подумал: чёрт, из этого вышел бы отличный водяной пистолет», — вспоминает Джонсон спустя десятилетия.

Он не сразу бросил «взрослую» науку — в те годы он параллельно работал над системой энергоснабжения для галилеевской миссии к Юпитеру — но мысль засела глубоко. В 1982 году Джонсон покинул NASA (ненадолго) и вернулся на действительную службу в ВВС, где занимался проектом, о котором не мог рассказывать даже жене: бомбардировщиком-невидимкой B-2. А по ночам, в гараже, он конструировал игрушку.

Он выточил детали на маленьком токарном станке. Резервуаром послужила обычная 2-литровая бутылка из-под газировки. Соединительные муфты сделал из трубок ПВХ и оргстекла. Гидропневматическая система работала по гениально простому принципу: насос нагнетает воздух, который вытесняет воду через клапан, а спусковой крючок открывает шлюз — и вода вылетает мощной струёй. Никакой батарейки, никакого электричества, только физика. Когда прототип был готов, он протянул его своей семилетней дочери Анеке. Девочка выбежала во двор и «замочила» всех детей на военной базе. Тут-то Джонсон и понял: это не просто игрушка.

В 1986 году — 27 мая, если быть точным — Лонни Джонсон получил патент США № 4591071 на устройство под названием Squirt Gun (водяной пистолет). В заявке он с гордостью описал встроенный осциллятор для звукового эффекта «как у космической лазерной пушки». Казалось бы, всё — бери и производи. Но игрушечные компании сказали «нет». И не один раз. Джонсон объездил десятки фирм. Ему объясняли: «Дети не будут нажимать на спуск и накачивать давление — это слишком сложно», «Родители не купят ребёнку мощную водяную пушку, это опасно», «Пусть лучше останется старый добрый резиновый пистолетик на 2 доллара». Семь лет — с 1982 по 1989 — он потратил на то, чтобы убедить мир в своей игрушке.

Первый контракт подписали с небольшой компанией Larami Corp. из Филадельфии. В 1990 году игрушку выпустили под названием Power Drencher (что-то вроде «Сильный поливач»). Продажи оказались вялыми.

Тогда маркетологи взялись за ребрендинг. Придумали новое название — Super Soaker. Сняли телевизионную рекламу, где два пацана срывают вечеринку у бассейна, поливая всех и вся из футуристических оранжево-жёлтых «пушок». Слоган звучал: «Водяной пистолет более высокого калибра». Это сработало. Год спустя SuperSoaker стал самой продаваемой игрушкой в мире. Дети превращали дворы в поля сражений, а родители — в мокрых зрителей. Super Soaker переопределил категорию «водяные игрушки» навсегда.

Успех принёс не только славу, но и юридические битвы. После того как Hasbro приобрела Larami, Джонсон, как это часто бывает, начал замечать недоплаты по роялти. Десятилетиями он получал лишь малую долю от миллиардных продаж. Кульминация наступила в ноябре 2013 года. Арбитражный суд постановил, что Hasbro должна выплатить Лонни Джонсону всю сумму недоплаченных отчислений. «В арбитраже мы получили всё, о чём просили», — заявил адвокат Джонсона. Это был не только денежный триумф, но и моральная реабилитация человека, которому когда-то говорили «убирайся со своим пистолетом».

Сегодня Джонсон владеет более чем 120 патентами: от тонкоплёночных литиевых батарей до твёрдотельных термоэлектрических преобразователей, которые превращают тепло в электричество. Его технология JTEC (Johnson Thermo-Electrochemical Converter System) была названа Popular Mechanics одним из 10 лучших изобретений 2009 года. Он работает над конденсатором атмосферной влаги, который мог бы добывать питьевую воду из воздуха в пустыне.

А ещё, ирония судьбы — именно Джонсон запатентовал пневматические механизмы, которые легли в основу современных бластеров Nerf.

В 2015 году Super Soaker был официально включён в Национальный зал славы игрушек в Рочестере, Нью-Йорк. Кристофер Бенш, главный куратор музея, заметил: «Межзвёздные полномочия Джонсона дают ему элитный статус среди вводимых в Зал славы».

В 2017 году, когда Лонни Джонсон давал интервью для Смитсоновского музея американской истории, он держал в руках тот самый прототип 1982 года — оргстекло, ПВХ-трубы и бутылка из-под колы. И улыбался.

Сегодня, уже возрастной Лонни Джонсон не планирует останавливаться. «Я разработчик, — говорит он. — Я люблю играть с идеями и превращать их во что-то полезное или забавное». Его величайший урок для всех нас: случайность — это всего лишь дверь. А вот чтобы её открыть, нужно семь лет стучаться. И не слушать тех, кто говорит «нет».